четверг, 25 марта 2010 г.

НЕКОТОРЫЕ ПРОБЛЕМЫ ТЕОРИИ И МЕТОДИКИ ИСТОРИЧЕСКОГО ИСТОЧНИКОВЕДЕНИЯ

(Фонограмма лекции спецкурса профессора Н.П.Ковальского, прочитанная студентам 5-го курса исторического факультета Запорожского госуниверситета весной 1991 г. специализации «Всемирная история», отредактированная автором в г. Остроге в феврале 1999 г.)В начале этой лекции необходимо назвать имена европейских историков, которые внесли личный и существенный вклад в разработку проблем источниковедения. Среди них люди разных национальностей: немцы и австрийцы Иоганн Густав Дройзен (1808-1884), Георг фон Зибель (1817-1895), Юлиус фон Фриккер (1826-1902), Эрнст Бернгейм, французы Шарль Виктор Ланглуа (1863-1920) и Шарль Сеньобос (1854-1942), поляк Марцели Хандельсман (1882-1945), русские Василий Осипович Ключевский (1841-1911), Николай Павлович Загоскин (1851-1912), Александр Сергеевич Лаппо-Данилевский (1863-1918), Михаил Николаевич Тихомиров (1893-1965), украинские историки Владимир Бонифатьевич Антонович (1834-1908), Дмитрий Иванович Багалий (1857-1932), Иван Петрович Крипьякевич (1886-1967), Вячеслав Ильич Стрельский (1910-1983). К числу источниковедов послевоенного времени (после 2-й мировой войны) относятся Иван Дмитриевич Ковальченко, Александр Павлович Пронштейн, Сигурд Оттович Шмидт, Ольга Михайловна Медушевская, Лев Никитич Пушкарёв, грузинский учёный Реваз Кандидович Кикнадзе и татарский исследователь Миркасым Усманов. Среди обобщающих работ по библиографии исторического источниковедения назовём книгу «Разработка проблем теоретического источниковедения в советской исторической науке. 1960-1984: аналитический обзор». Редкая книга. Это аналитическое издание ИНИОН. Автор данного обзора И.Л.Беленький (М.,1985). Здесь по разделам даются основные проблемы теоретического источниковедения. Вторая позиция, фундаментальная, это - монография, автор ее профессор Иван Дмитриевич Ковальченко: «Методы исторического исследования» (Москва, 1987). Обращаю также Ваше внимание на труд московского учёного Льва Никитича Пушкарёва. Передо мной автореферат его докторской диссертации, защищенной в Москве в Институте истории СССР АН СССР в 1969 г. Диссертация называлась: «Типологическая классификация русских письменных источников по отечественной истории» (Москва, 1969). Затем (в 1975 г.) вышла его монография: «Классификация русских письменных источников по отечественной истории». В диссертации и монографии впервые сделана попытка четкого определения категорий, дефиниций «тип», «род», «вид». Произведен историографический обзор понимания исторического источника и классификации. И, что очень важно, им создана и разработана циклическая и линейная схема классификации источников. Связано это с тем, что четкой грани между отдельными видами источников не существует. Поэтому, чтобы показать наглядно соотношение между их разными видами, родами и разновидностями, Лев Никитич предложил циклическую, круговую и линейную классификацию, где видно соотношение между разными видами и разновидностями источников. Назовем работу Сигурда Оттовича Шмидта, который уделил очень большое внимание вопросам классификации исторических источников. В 1969 г. под его редакцией вышел уникальный и, я бы сказал, классический сборник статей под названием «Источниковедение. Теоретические и методические проблемы». Можно сказать, что материалы этого сборника дали существенный импульс для развития, углубления исследований источниковедческой проблематики не только в нашей стране, но и других странах, в которых занимаются этим направлением. В этом сборнике имеется статья С.О Шмидта: «Современные проблемы источниковедения», которая имеет большое теоретическое и практическое значение. Две другие статьи Сигурда Оттовича помещены в материалах IV Всесоюзной конференции по источниковедению и специальным историческим дисциплинам и сборнике Ленинградского отделения Института истории АН СССР. В 1983 г. были опубликованы в Москве доклады этой источниковедческой конференции под названием «Актуальные проблемы источниковедения и специальных исторических дисциплин». Вам известно, что эта конференция состоялась 31 октября — 2 ноября 1983г. в г. Днепропетровске, и сборник этот, и конференция открывались обсуждением статьи С.О.Шмидта, председателя Археографической комиссии Академии наук. Статья называлась «Источниковедение в кругу других научных дисциплин и вопросы классификации источников (постановка вопроса)». Продолжение этих сюжетов нашло свое воплощение в другой статье, опубликованной в 1985 г. в Ленинграде в сборнике ЛОИИ, — «Вспомогательные исторические дисциплины», выпуск 16. Статья С.О.Шмидта озаглавлена: «О классификации исторических источников». Статья оригинальная, дискуссионная. Некоторые материалы этой статьи сегодня я в своей лекции буду излагать, соглашаясь с определенными позициями автора или полемизируя с ними. И, наконец, две статьи Ивана Дмитриевича Ковальченко. Они связаны с научными конференциями. На III источниковедческой конференции 1979 г. в Новороссийске Иван Дмитриевич предложил в качестве дискуссионного доклад «Исторический источник в свете учения об информации (к постановке вопроса)», а затем, в 1982 г., в №3 журнала «История СССР» была опубликована его статья почти под тем же названием: «Исторический источник в свете учения об информации (к постановке проблемы)». Имеется еще статья автора вашего спецкурса Николая Павловича Ковальского под названием «Проблемы классификации письменных источников в современной советской историографии». Содержание этих тезисов опубликованы там же, где и статья С.О.Шмидта, - «Актуальные проблемы источниковедения...», тезисы доклада на источниковедческой конференции 1983 г. И последняя позиция. Автор - Светлана Владимировна Воронкова, в этом же сборнике тезисов конференции в Днепропетровске ее статья: «Эволюция видов письменных исторических источников (к постановке проблемы)». Можно было бы продолжить этот список литературы, поэтому мы рассмотрели лишь основные публикации за последнее время. Обратимся к главным аспектам нашей темы. Итак, определение исторического источника. Я начну с того, что источниковедение и историография тесно и интегрально связаны между собой. Изучение историографии невозможно без знания источниковой базы определенных периодов, определенного времени, в какой степени она была воспринята, введена в научный оборот, что и какой корпус источников был в руках исследователей, каким они располагали, какова была источниковая основа трудов историков - и монографических, и синтетических, многотомных, и отдельных статей. С другой стороны, очень важно знать, как развивались взгляды ученых, как совершенствовалась методика, как пополнялся, насыщался содержанием, менялся характер понятийного аппарата, как развивались знания историков в области источниковедения, т.е., это - историография источниковедения. Итак, мы видим два направления научных изысканий: историография источниковедения и источниковедение историографии. Здесь большое поле для деятельности исследователя, для изыскания, выявления, изучения процессов и т.п. Я хотел бы сказать, что одним из фундаментальных в источниковедении понятий, и, видимо, в не меньшей степени, в историографии, является понятие исторического источника. Вчера мы говорили, что есть объект и предмет источниковедческого исследования. Занимаясь объектом источниковедческого исследования, мы должны иметь представление о дефинициях, аппарате исследования. Исторический источник, я бы сказал, что это - кредо, фундамент источниковедческого исследования. Хотя к источникам обращались исследователи, начиная с античности, (на предыдущих лекциях такие экскурсы были нами сделаны), но определение, что такое исторический источник, в исторической литературе возникло лишь в XVIII в. С самого начала зарождения русской исторической науки, Василий Никитич Татищев (1686-1750) впервые произвел собственную, оригинальную классификацию исторических источников (но, что действительно характерно и даже удивительно в какой-то степени), однако он и не применил к ним самого термина «исторический источник», который появился несколько позже в исторической науке. Это свидетельствует о поступательном движении исторической науки, историографии. Опыт историографии свидетельствует, что не все сразу ученые могут применить и раскрыть необходимые категории, понятийный аппарат. В своем «Предъизвещении» т.е во введении (нужно- сказать, что это теоретическое и методологическое введение в историю Российскую, хотя и имеет длинное название, а в сокращенном виде как «Предъизвещение»), В.Н.Татищев произвел обзор источников, но не дал определения термина «источник». Он говорил о том, что помогает историку в изучении прошлого, но сам термин не назвал. Впервые термин «источник» в нашем понимании был употреблён в работе немецкого историка, академика, приглашенного Герардом Фридрихом Миллером в Россию — Августа Шлецера в работе «Опыт русского летописания», естественно, на немецком языке. Слово «летописи» он не применял, а по западным эталонам называл их анналы, хроники... Работа издана уже после того, как ученый уехал в Германию. В Геттингене он издал свой труд в 1768 г. Здесь впервые появляется термин «источник» и то на немецком языке — «quelle». Но определения этого термина он тоже не дает. Кстати, он делит эти «quelle», т.е. источники на главные и дополнительные, или побочные, второстепенные. Определение источника появляется в русской историографии лишь только благодаря трудам Василия Осиповича Ключевского, о котором речь уже шла. В его курсе «Источники русской истории», который никогда при его жизни не увидел света, впервые дано определение источника как «памятника». Традиция В.О.Ключевского была столь, я бы сказал, влиятельна, длительна и авторитетна, что, включая и Михаила Николаевича Тихомирова термин «памятник», в понимании источников как памятников, почти на сто лет вошел в русскую, и не только в русскую, историографию. В.О.Ключевский отмечал, что исторические источники — это или письменные или вещественные памятники, в которых отразилась угасшая жизнь отдельных лиц и целых обществ. Можно сказать, что данное определение источника являлось более узким, чем тот огромнейший корпус, который сохранился и которым историк пользуется. Все ли источники являются памятниками? Далеко нет. Дальнейшее развитие этого тезиса нашло в трудах другого крупного дореволюционного историка Сергея Фёдоровича Платонова (1860-1933). Профессор Петербургского университета С.Ф.Платонов, создатель, как и В.О.Ключевский, своей научной школы историков. Он и его ученики, после Октябрьской революции, в 20-х — начале 30-х годов терпели гонения от официальной советской историографии, — М.Н.Покровского и не только Покровского. Я вчера говорил о том, что когда приглашали тогда еще и не кандидата, но в будущем академика Н.М.Дружинина, то он утверждал, что С.Ф.Платонов якобы являлся создателем контрреволюционного заговора интеллигентов, белогвардейцев против советской власти. Такое приписывалось этому выдающемуся русскому ученому. Так вот С.Ф.Платонов читал великолепные лекции по русской истории в Петербургском университете. Он работал там и тогда, когда там трудился и А.С.Лаппо-Данилевский. Это та же когорта русских ученых. Академик С.Ф.Платонов издал в 1894 году свои лекции, а в женских гимназиях учили русскую историю по С.Ф.Платонову. Конечно, понятно, что он стоял на позициях официальной народности. Схема русской истории — по царствиям. Кстати, эта тенденция осталась и в советских учебниках по отечественной истории. С.Ф.Платонов дал следующее определение источников: «В обширном смысле понятие исторического источника включает, или заключает в своем содержании всякий остаток старины». Итак, появилось новое представление об источнике — как остатке старины. Источник — всякий остаток старины, той эпохи, которую изучает историк. Кстати, это определение дает нам тоже не полное представление об источнике. Остаток. А может быть не только остаток? А может еще и традиция? Тут отсутствует многовариантность. Но попытка такая была сделана. Надо сказать, что и Дюркгейм говорил, что источник — это результат человеческой деятельности. Очень расплывчатое понимание. Какой деятельности? Все ли, что мы делаем, является источником? Подумаем. Все ли. Вся ли наша деятельность способствует созданию источников для исторической науки? Вся ли? Вероятно, далеко не вся. Итак, мы бы сказали, что в области источниковедения конца XIX века вырисовывались две тенденции: первая - показать, что источник — это памятник, а другая, что это остаток. В то же время совершенно незамеченным в историографии остался труд профессора права Казанского университета Николая Павловича Загоскина. Он читал лекции в Казанском университете по истории права русского народа. Этот лекционный курс оставался, как не странно, за пределами историографии. Передо мной ксерокопия этого замечательного труда, который должен изучить каждый историк, как и труды А.С.Лаппо-Данилевского по методологии истории, как и работу Владимира Степанович Иконникова (1841-1923) «Опыт русской историографии». Н.П.Загоскин в работе «История права русского народа» (том 1-й), изданной в Казани в 1899 г. и представляющий собой огромнейший фолиант в несколько сотен страниц, показал себя блестящим знатоком документальных источников и специалистом в области анализа источников по русскому праву. Он предложил то определение исторического источника, которое было воспринято в советской историографии в 70-е годы XX века. Вот какие моменты бывают в историографическом процессе. Вот что такое историографическая ситуация, как идет процесс заимствования, как происходит восприятие трудов смежных наук и т.д. Н.П.Загоскин писал: «Под источником мы разумеем все (курсив мой. -Н.К.) то, что может дать нам возможность познать истины, раскрытие которых составляет предмет данной науки, так как цель всякого человеческого знания - открытие истины. Исходя из этого общего положения, - продолжал профессор Н.П.Загоскин, - мы можем определить понятие источников истории данного народа, как совокупность материала, при посредстве которого получаем мы возможность изучить явления минувшей жизни этого народа, в их постепенном развитии, и выяснить законы, которым подчинялось это последние». Слово «все» имеет здесь принципиальное значение. Мы отметим слова "все" и «познать истины», раскрытие которых составляет предмет данной науки. В продолжение этой фразы заложена глубокая мысль. Обратите внимание: «Так как цель каждого знания - раскрытие истины». Великолепно! Цель всякого человеческого знания – открытие истины. Я бы сказал, может быть, глобальной истины, или небольшой истины, но истины. Это цель. Цель всякого человеческого знания. И далее Н.П.Загоскин говорит знаменательную, сакраментальную фразу: «Все то, - что способно послужить нам средством познания минувшей жизни народа», — и тут писал, «что это письменные повествования, рукописные документы и акты, устные предания, произведения устной и письменной словесности, прежние и современные народные обычаи ...» и т. д., «тем сам приобретает значение источников к познанию истории этого народа». Прошло много лет, и такое широкое понимание исторического источника было забыто, не стало воспринятым академической и вузовской науками, подготовкой студентов - историков. Оно осталось за пределами научных знаний. Мы говорили, что в исторической науке и в историографической есть периоды спада и подъема, прогресса и регресса. Разные историографические ситуации. Когда вы будете писать свои дипломные работы, обратите внимание, хотя бы «микро внимание», но посмотрите, где шёл процесс интенсивный исследования данной проблематики, а где наметилось какое-то отставание. Вопросы о темпах научного исследования я поставил в название одной из моих статей, она еще не опубликована. Проблема темпов. Проблема нереализованных историографических научных замыслов, нереализованных темпов. Это проблема очень интересная. Вообще-то обычно рассматривается историографический процесс как какой-то планомерный, поступательный. В нашей историографии говорилось постоянно, что между буржуазной и демократической историографией, дворянской и марксистской историографиями имелись существенные противоречия и методологические отличия. Но ведь это же одна сторона процесса. Вопрос о поступательном движении, цикличности движения, вопрос о темпах и причинах – объективных и субъективных, почему замедлялись темпы, почему не создались в определенных центрах историографические школы, — это же проблема очень интересная, и вместе с тем, чрезвычайно важная в методологическом и концептуальном отношениях, принципиальная. В целом — это вопрос о нереализованных возможностях в историографии. Это, нужно сказать, до сих пор не привлекало внимания исследователей. В послереволюционный период появляются такие авторы как Г.П.Саар («Источники и методы исторического исследования». - Баку, 1930), А.М.Большаков («Лекции по русской истории. Введение в изучение истории». - М.;Пг,1923), С.Н.Быковский («Методика исторического исследования». - Л.,1931), А.В.Шестаков («Методика исторического исследования (Из опыта для опытов)». - Воронеж, 1929.) Следует также назвать труд выдающегося белорусского учёного Василия Ивановича Пичеты (1878-1947) «Введение в русскую историю: Источники и историография». - М.;Пг,1923. Я не буду останавливаться на анализе этих работ в области источниковедения и методики исторического познания. В этой плеяде представляет интерес малоизвестная и не использованная, не воспринятая широкой научной общественностью и источниковедами, и не только источниковедами, лекция, в будущем академика, выдающегося русского историка Бориса Дмитриевича Грекова (1889-1953). Эта лекция была прочитана им, жившим тогда в Ленинграде, в Вечернем Институте Красной профессуры и на историческом факультете в Ленинградском университете в 1934-1937 гг. В этой лекции Б.Д.Греков сформулировал широкое определение исторического источника: «Исторический источник в широком понимании термина - это буквально всё (курсив мой - Н.К.) откуда мы можем почерпнуть сведения об интересующем нас предмете, т.е. всё (курсив мой - Н.К), что служит средством исторического познания. Будет ли это письменный документ, или предания или вещественный памятник,- всё равно: раз он используется нами в качестве средства для изучения - это будет исторический источник». В 1940 г. вышел известный вам учебник по источниковедению истории СССР с древнейших времен до конца XVIII в. Это был первый стабильный учебник по источниковедению истории СССР, автором которого являлся Михаил Николаевич Тихомиров. В этом учебнике 1940 г. ученый предложил традиционную дефиницию исторического источника по В.О.Ключевскому: «Под историческим источником понимают всякий памятник прошлого, свидетельствующий об истории человеческого общества". Если обратимся ко второму изданию (1962 г.) этого учебника, то в начале параграфа первого 1-й главы это определение исторического источника полностью аналогичное, как и в издании 1940 г. Обратите внимание, что М.Н.Тихомиров отмечает, что под историческим источником понимают всякий памятник прошлого. Интересно бы знать, о ком идет речь, кого он имел в виду - кто «понимают»? Итак, в представлении М.Н.Тихомирова, исторический источник — всякий памятник прошлого, свидетельствующий об истории человеческого общества. Затем следует предложенная им классификация исторических источников. Михаил Николаевич писал, что историческими источниками служат рукописи, печатные книги, здания, предметы обихода, древние обычаи, элементы древней речи, сохранившиеся в языке и т.д. Одним словом — все остатки прошлой исторической жизни. В этой фразе заметен определенный синтез, включая дефиницию источников В.О.Ключевского плюс определение С.Ф.Платонова - «все остатки человеческой жизни". Несмотря на все прошедшие методологические изменения, мэтры русской историографии и источниковедения имели огромное влияние на понимание исторического процесса. Когда бы сказал М.Н.Тихомиров, что данное определение исторического источника принадлежит Ключевскому, то, может быть, эту дефиницию взяли бы под сомнение. В дальнейшем, все больше и больше расширяется понимание исторического источника, и историки отходят от представления об источниках как памятников или остатков и традиций, и все больше приобретает значение, и входит в обиход понимание источника более широкое. В Советской Исторической Энциклопедии, а именно в 6-м томе (1965г.) Лев Никитич Пушкарёв, отмечает, что исторический источник — это все непосредственно отражающее исторический процесс и дающий возможность изучать прошлое, и разъясняет, что очень важно для нас, т.к. потом будут определенные коллизии и изменения этого понятия, — все, созданное, человеческим обществом. Это понимание исторического источника нашло свое воплощение в известной вам статье Сигурда Оттовича Шмидта 1969г. Но С.О.Шмидт формулирует несколько по-другому эту дефиницию: все, откуда черпаются сведения о прошлом. Это очень важно, т.е. не только непосредственно отображающие исторический процесс, но и помогающие познать, понимать, изучать ход процесса. Готовилась IV источниковедческая конференция в Днепропетровске, и Сигурд Оттович предложил дискуссионную, блестящую, великолепную статью, название которой у вас уже записано. В этой статье, в докладе, который обсуждался, а не зачитывался на конференции, С.О.Шмидт выдвинул тезис, (причем он заметил в своем выступлением, что знал о том, что будут очень многие противники его концепции, но решил возбудить аудиторию и дать импульс для дискуссии) о том, что «применительно к задачам прикладного источниковедения, можно ограничиться прямой определенностью и признать, что исторический источник — все, что источает историческую информацию». Следует остановиться несколько на этом вопросе. По мнению С.О.Шмидта историческим источником является все, могущее быть использовано для познания исторического прошлого или для познания прошлого человека. Как это понимать — «все»? Могут быть неодушевленные предметы. Да, могут быть стихийные бедствия, например — извержение Везувия, Чернобыльская катастрофа, землетрясение в Ашхабаде, гибель Помпеи и гибель Атлантиды. Вот эти явления, эти стихийные бедствия, эти трагедии человеческого существования, не зависимо от воли человека, могут ли в какой-то степени включаться в понимание источников? В какой степени? И как они включаются? Наводнения, стихийные бедствия в Египте. До сих пор не ясно как проходил всемирный потоп и был ли он? А, вероятно, что все ж таки что-то было. А те катаклизмы, которые происходили на заре человеческого существования — оледенение огромных территорий? С.О.Шмидт предложил считать это источниками познания человеческого общества. Так он вышел из этого положения. А это значит, что источниками познания человеческого общества, не историческими источниками, а источниками познания человеческого общества следует признать и то, что существенно и независимо от целенаправленной деятельности человека, но, в определенной мере, обуславливает развитие человеческой жизни. Конечно, что в определенной мере. Но зачастую настолько «в определенной мере», что мы иногда, как, например, события, связанные с трагедией, которая произошла в нашей стране в 1986 г., что мы и до сих пор не можем себе представить демографические масштабы этой катастрофы и другие, конечно, это дискуссионный вопрос. Вы можете соглашаться или нет, но мое дело, как преподавателя, разъяснить, что это надо знать. Итак, это та среда, которая окружает человека, естественная географическая среда, физико-биопсихические свойства человека, антропогенные и техногенные факторы — влияние человека на природу и природы на человека. Вот такие вопросы поставил С.О.Шмидт. Вопросы дискуссионные, но они говорят о том, что мы должны глубже понимать природу и круг источников.

Продолжение http://www.istpravda.do.am/forum/57

среда, 24 марта 2010 г.

Семинар, посвященный реформе исторического образования (Российский опыт в Украине)

Демократическое воспитание граждан на основе исторического образования в вузах и школах страны стало просто необходимой потребностью общества. Но если Россия уже идет к этому давно, то в Украине за политизацией истории уже не видно образования и науки. Именно с этой целью, беря во внимание опыт ближайших соседей Ассоциация исторической правды им. Н.П. Ковальского в рамках международной образовательной выставки "Образование и каръера", которая 16-18 апреля 2010 года соберет под своими стенами лучшие образовательные учреждения страны проведет открытый семинар, посвященный проблемам преподавания исторических дисциплин в школе и в вузах украины, а также поднимет проблему реформирования системы преподавания и подготовки учителей и преподавателей в этой сфере.

16 апреля в 13-00 по Киевскому времени в Украинском Доме (на Крещатике) на стенде Молодежного журнала "Стена" (2-й этаж) пройдет открытый семинар, посвященный реформе исторического образования в Украине, в ходе семинара пройдет обсуждение проблем и перспектив реформы, а также будут подготовлены тезисы семинара и дискуссии для публикации в СМИ и Интернет-порталах.

вторник, 23 марта 2010 г.

Презентация электронной библиотеки работ Н.П. Ковальского

9 апреля 2010 года в 13-00 на стенде Молодежного журнала "Стена" в рамках Международной выставки-ярмарки "Медвин: Книжный мир" пройдет презентация электронной библиотеки работ доктора исторических наук, профессора, историка-документалиста Никола Павловича Ковальского. А также, в рамках презентации Ассоциация исторической правды им. Н.П. Ковальского представит свои новые проекты.
Приглашаем всех желающих присоединиться к науке и истории.
Вход на выставку свободный.
Адрес: Киев, ул. Физкультурная, 1, Экспоцентр "Спортивный", 2-й этаж

четверг, 11 марта 2010 г.

Микола Ковальський про Володимира Антоновича



Микола Ковальський



ЛЕКЦIЙНИЙ УНIВЕРСИТЕТСЬКИЙ КУРС (1879 - 1881 PP.) «ИСТОЧНИКИ ДЛЯ
ИСТОРИИ ЮГО-ЗАПАДНОЙ РОССИИ» В КОНТЕКСТI АРХЕОГРАФIЧНИХ
I ДЖЕРЕЛОЗНАВЧИХ СТУДIЙ ТА ДИДАКТИЧНОI ДIЯЛЬНОСТI ПРОФЕСОРА В.Б.АНТОНОВИЧА



Одним із суттєвих показників стану національної історіографії є інтенсивність та масштабність джерелознавчих досліджень, ступінь розширення, освоєння, аналізу та вико­ристання у конкретно-історичних дослідженнях джерельної бази, розвиток регіонального джерелознавства. Безперечним свідченням високого професіоналізму, наукової ерудиції, досвіду архівної евристики, археографічних навичок і наявності достатнього й репрезентативного накопиченого значного фактичного матеріалу є створення узагальнюючих синтетичних та аналітичних із досить широкими хронологічними межами курсів вітчизняного джерелознавства або джерель­них (джерелознавчих) широкомасштабних оглядів із вітчиз­няної історії, що могло відбутись на певних стадіях розвитку історичної науки. Навіть сама ідея відповідної систематизації історичних джерел з історії країни та її реалізація – безперечно показовий історіографічний факт, притаманний не всім і не одночасно різним національним історіографіям.
Фактично першим історіографом В.Б. Антоновича був видатний український історик професор Дмитро Іванович Дорошенко (1882 - 1951), автор монографії про В. Антоновича1.
Нещодавно, в 2001 p., світлій пам'яті Д.І. Дорошенка в зв'язку з 50-ти літтям кончини був присвячений спеціальний том щорічника Український Історик органу Українського Історичного Товариства2.
Справді знаменними подіями в історіографії східноєвропейських країн другої половини XIX - початку XX ст. було створення трьох узагальнюючих джерелознавчих курсів: про джерела історії України і частково сусідніх з нею країн, зокрема Білорусії і Литви - Володимира Антоновича, Росії - Василя Ключевського та Грузії - Івана Джавахішвілі (останній відноситься до Закавказзя). Нами пропонується саме така послідовність подання прізвищ цих визначних істориків, основоположників національного наукового історичного джерелознавства, визнаних авторитетів в європейській історіографії, з урахуванням часу розроблення ними узагальнюючих джерелознавчих курсів.
Першим із них за часом розробки та опрацювання був університетський лекційний курс В.Б.Антоновича про джерела історії України, прочитаний в університеті Св. Володимира в Києві.
До останнього часу цей лекційний курс, хоча й був відомий спеціалістам і на нього були окремі посилання, мало використовувався в науковій і дидактичній діяльності й не став об'єктом всебічного джерелознавчого вивчення. Тим часом сама розробка такого курсу В.Б.Антоновичем, його навчальне спрямування могло послужити певним імпульсом для подальших студій у цьому напрямку (це ще потребує спеці­ального вивчення) та сприяти створенню відповідної істо­ріографічної ситуації для наступних досліджень, джерельних та джерелознавчих пошуків й опрацювань сучасниками і учнями В.Б.Антоновича, а також пізнішими поколіннями істориків. Тільки з ретроспективи часу стає можливим визначити роль та вплив наукової діяльності окремих істориків, їх наукової спадщини на наступну історіографію.
Цей курс лекцій В.Б.Антоновича був виданий у вигляді студентських записів у 1881 p., а на обкладинці (титульному аркуші) вказано, що це - «лекции профессора университета Св. Владимира В.Б.Антоновича 1880 - 1881 гг.», однак, згідно з офіційною інформацією щомісячника «Университетские известия» під назвою «Обозрение преподавания в университете Св. Владимира» та доданого до цього журналу «Расписания лекций» історико-філологічного факультету, що взаємно один одного доповнюють і конкретизують, знаходимо достеменне свідчення, що вперше вже у першому півріччі 1879-1880 pp., тобто за один рік до зазначеної у виданні студентських конспектів дати, ординарний професор В.Б.Антонович читав лекції студентам 3 і 4 курсів історико-філологічною факультету «Источники для истории Юго-Западной Руси» по одній годині на тиждень (3). У складеномуна цей же семестрр розкладі занять цього факультету значилося: «среда 10 11 ч. Источники малорус ской истории (3-4 к )» (4).
Згідно з переліком особового складу викладачів університету та «Обзору преподавания во 2-м полугодии 1880-1881 учебного года» декан факультету В.Б Антонович читав для студентів 4-го курсу історико-філологічного факультету лекційний курс під назвою «Источники для истории Западной Руси»5. У другом півріччі 1881-І882 року в «Обозрении преподавания в университете Св, Владимира» вказано, що «декан факультета проф, Антонович читает... источники для истории Западной Руси для студентов 4 курса исторического и славяно-русского отделения по I часу в недолю» (6). Саме така назва лекційного курсу вказана і у рочкладі лекцій на цей же семестр для студентів 4-го курсу: раз на тиждень по п'ятницях з 11 до 12 години7. У наступному навчальному році (1882 - 1883) в «Обозрении преподавания в университете Св. Владимира» читаємо: «Декан факультета ординарный професор Антонович читает источники для истории Западной Руси для студентов 4-го курса по одному часу в неделю»8, а у відповідному розкладі занять вказано, що професор читав по понеділках з 10 до 11 години лекції з курсу під назвою «Источники западно-русской истории»9.
Отже, лекції читалися студентам старших курсів, головно 4-го. Назва курсу видозмінювалась спочатку «Юго-Западной Руси», а з 1882 р. - «Западной Руси». Напевне зміст був територіально пов'язаний, насамперед, з джерелами до історії України і до певної міри з сусідніми країнами - Білорусією та Литвою.
Пізніше сучасник В.Б.Антоновича професор В.О. Ключевський (1841 - 1911) почав читати лекційний курс «Источники русской истории» студентам Московського університету. Перша вступна лекція В. Ключевського датована 1888 роком, систематичний курс - 1891 роком. То був перший у російських університетах курс лекцій з джерелознавства історії Росії. Вперше він був опублікований лише у 1959 р.10
Третій з ряду узагальнюючих творів з національних джерелознавств нинішньої СНД у першій чверті XX ст. був розроблений класиком грузинського джерелознавства І.О. Джавахішвілі (1876 - 1940). Це - «Завдання, джерела і методи Історії в минулому і в сучасному. Ч. 1. Давньогрузинська історична література» (Тбілісі, 1916, грузинського мовою).
Ми називаємо ці праці узагальнюючого характеру в галузі джерелознавства, щоб наочніше встановити місце курсу В.Б. Антоновича в контексті загального східноєвропейського історіографічного процесу в галузі джерелознавства. Воно саме тоді поступово стало визнаватись спочатку як окрема історична дисципліна (допоміжна або спеціальна), а згодом як окрема галузь історичної науки. До речі, джерелознавчі синтетичні лекційні курси, за нашими відомостями, стосовно історії західноєвропейських країн і народів, не були на той час розроблені і видані.
Для наукової діяльності В.Б.Антоновича характерне поєднання розробки різних галузей і ділянок історичної науки: камеральної та едиційної археографії, джерелознавства, історичної географії, дипломатики, сфрагістики, палеографії, археології, Магістральних проблем вітчизняної історії - доби Київської Русі, окремих її земель до монгольської навали, Галицької Русі, історії українських земель у складі Великого князівства Литовського, запорізького козацтва, гайдамацьких рухів, Коліївщини та ін. Така широта й масштабність наукових інтересів і тематики досліджень, результати яких втілювались вченим у навчальному процесі в Київському університеті і в його позауніверситетських просвітницьких курсах, зацікавленість вченого позначились на його дидактичній діяльності й формуванню його авторитетної в Європі наукової школи.
Творчі наукові досягнення й успіхи В.Б.Антоновича, зокрема створення першого в Україні джерелознавчого дослідження узагальнюючого характеру в формі лекційного курсу іі 1879 p., що потім ним вдосконалювався, високий професіоналізм як історика могли здійснюватись і базувалися На фундаментальних знаннях, отриманих, майбутнім видатним вченим за роки навчання в гімназії та історико-філологічному факультеті Київського університету.
Без досконалих мовних знань навіть при великому зацікавленні історією України Антонович не міг би відбутись Як фахівець в галузі вітчизняної медієвістики. Польська мова була для нього рідною, французьку з ранніх років він досконало вивчив і володів нею завдяки своїй матері Моніці Гурській, що була вчителькою-гувернанткою у багатих польських сім'ях, всебічними знаннями і любов’ю до латинської мови та літератури завдячував директору 2-ї одеської гімназії Павлу Беккеру, який два роки навчав гімназистів цих предметів. У своїх спогадах до 50-річчя цієї гімназії (в 1898 р.) Володимир Боніфатійович, вже будучи загальновизнаним вченим і авторитетним професором, з великою теплотою писав про цей навчальний заклад, який закінчив у 1850 -1851 навчальному році: «..в V, VI и VII класах я учился в этой гимназии... Эти три года составляю і для меня незабвенный период в моей жизни - это были годы, когда слагается нравственный облик человека, и в этом отношении я многим обязан 2-й гимназии; теперь, в старости, чувствую к ее влиянию глубокий пиетет... Из учителей моих не могу не помянуть добрым словом директора Павла Беккера, безвозмездно преподававшего нам два года латинский язык и литературу, вылившего истинную любовь к классической древности, в которой он умел указать нам истинно гуманные мотивы и, благодаря этому, настолько продвинул наши знания, что на экзамене мы переводили a livre ouvert римских историков: Ливия, Саллюстия, Тацита...» (11). Не випадково після закінчення історико-філологічного факультету В.Антонович розпочав свою педагогічну діяльність в 1861 р. викладанням латинської мови в 1-й Київській гімназії12.
Досконале володіння класичними і західними мовами було дуже істотним у виявленні, прочитанні та вивченні писемних історичних джерел з історії України, Литви та Білорусії доби середньовіччя та початку нового часу, які були об'єктом наукових археографічних студій, викладацької та дидактичної діяльності В.Б.Антоновича протягом більше, ніж сорока років.
Як відомо, В.Б.Антонович закінчив два факультети Київського університету - спочатку медичний, потім історико-філологічний (на цей факультет він вступив після смерті батьків у 1855 p.), зі ступенем кандидата в 1860 р. Один з його учнів і послідовників Василь Григорович Ляскоронський (1859 - 1928) у некролозі у зв'язку з кончиною свого вчителя в 1908 р. в «Журнале министерства народного просвещения» цілком слушно підкреслив велике значення для самого стилю наукових праць В.Б.Антоновича вивчення природничих наук в університеті.
Він писав: «Конечно, в деле развития умственных сил молодого ученого оказывали весьма сильное влияние, с одной стороны, та огромная начитанность корифеев французской философской литературы и истории, а, с другой, - занятия естественными науками, которые, хотя и не стояли еще в то время на той высоте, которой они достигли впоследствии, но все же были важны своими методами, строго логичными, простыми, реальными, не допускавшими участия широкой фантазии, а, напротив, приучавшими подмечать во всем стройную эволюционную последовательность и целесообразность. Занятия естественными науками приучили, кроме того, Владимира Бонифатьевича к толковому комбинированию подлежавших наблюдению исторических данных и определению их надлежащего места среди других данных или явлений подобного же порядка. Благодаря этому исторические произведения покойного Владимира Бонифатьевича отличались широкой научной постановкой, образцовой группировкой исторических данных, всесторонним их критическим освещением и прочностью выводов, построенных на таких солидных основаниях, - черты, которыми отличаются научные произведения Владимира Бонифатьевича, как исторические, так и этнографические и археологические: всюду видна печать серьезности, вдумчивости, искания той чистой правды, какой он держался и в жизни»13.
Коли звернутись до лекційного курсу В.Б.Антоновича з вітчизняного джерелознавства, то саме ці риси системності та класифікаційних підходів, яким не було аналогів в попередній українській історіографії, знайшли тут своє виявлення та реалізацію, дозволяючи не лише науково організувати за власною схемою джерельні пам'ятки, але й розкрити їх специфіку та підходи до аналізу та критики.
Особливо важливе значення в науковій і професійній долі В.Б.Антоновича мав Микола Дмитрович Іванишев (1811 -1874), найавторитетніший діяч Київської археографічної комісії, її віце-голова й головний редактор у 1861-1863 рр. (14).
Саме Іванишев і запропонував В.Б.Антоновичу працю в комісії, і 12 квітня 1863 р. останній був обраний на посаду головного редактора, хоч фактично ще на початку цього ж року вже виконував тут редакторські функції15.
Виконання В.Б.Антоновичем протягом двадцяти років обов'язків головного редактора, упорядника документів, а також те, що він був автором низки передмов до праць монографічного характеру, наприклад, до томів «Архива Юго-Западной России» (АЮЗР) та інших видань Комісії, мало не лише колосальне значення для істотного розширення джерельної бази з історії України XV- XVIII ст., але й для розвитку та вдосконалення майстерності В.Б.Антоновича як джерелознавця, загальновизнаного вченого всеросійського масштабу в галузі дипломатики. Археографічній діяльності В.Б.Антоновича присвячений змістовний огляд Миколи Ткаченка (1893 - 1965), опублікований у третьому томі «Украї­нського археографічного збірника» (1930).
Початок едиційної діяльності В.Б.Антоновича відноситься до 1863 p., коли було видано відредагований ним перший том 3-ї частини АЮЗР «Акты о казаках (1500 - 1648)». Він відредагував ще три томи цієї серії, 2-й, 3-й та 5-й, які стосувались українського козацтва та гайдамацьких рухів Правобережної України XVIII ст. 5-й том «Акты о мнимом крестьянском восстании в юго-западном крае в 1789 г.» вийшов у 1900 р. Це була остання прижиттєва археографічна публікація В.Б.Антоновича.
З інших частин АЮЗР за редакцією В.Б.Антоновича вийшли такі томи: з четвертої частини ним був підготовлений до видання 1-й том (1867 р.) про походження шляхетських родів в Україні (в оригінальному заголовку публікації -«в Юго-Западной России»); том 1-й п'ятої частини - «Акты о городах» (1869 р.); том 2-й шостої частини - акти про стан України у XVIII ст. (1870 р.); том 4-й першої частини - акти про стан православної шляхти в Україні з середини XVII до кінця XVIII ст. (1871 p.); 1-й том сьомої частини «Акты о заселении Юго-Западной России» (1386 - 1700 гг.)», виданий у 1886 p.
У 1874 р. вийшов за редакцією В.Б.Антоновича та Ф.О.Тарновського «Сборник материалов для исторической топографии Киева и его окрестностей». Це видання було комбінованим за видовими ознаками писемних джерел, включа­ючи поряд зі свідченнями іноземних авторів і місцеві та час­тково київські літописи. За редакцією В.Б.Антоновича у 1864 р. було видано 4-й том літопису Самійла Величка, а у 1888 р. - «Сборник летописей, относящихся к истории Южной и Западной России». Не менш важливою і єдиною до цього часу публікацією мемуарів з історії України XVI -першої половини XVII ст. є два випуски (1890, 1896 pp.) текстів у перекладі Катерини Миколаївни Мельник-Антонович, за редакцією В.Б.Антоновича. Крім того, В.Б.Анто­нович на сторінках «Киевской старины» опублікував ряд джерел з історії України XVI - XVIII ст.
Як цілком слушно відзначив Дмитро Іванович Дорошенко, «праця Антоновича як історика була звернута на те, щоб познаходити й опублікувати джерела до української історії та на їх підставі розробляти й освітлювати окремі періоди з української історії...»16. За підрахунками дослідника історії Київської археографічної комісії О.І.Журби, «кількість публікацій, що їх здійснив В.Б.Антонович, набагато перевищує друковану продукцію будь-якого члена комісії за всю її 78-річну історію»17.
Не викликає сумніву, що археографічна, едиційна та наукова діяльність В.Б.Антоновича, систематичні і продуктивні заняття з архівної евристики у Київському Центральному архіві давніх актів при університеті Св. Володимира, зростання його наукового авторитету як спеціаліста в галузі середньовічної вітчизняної історії, знавця архівних джерел, актознавства привернули до нього увагу в наукових колах університету. Саме на той час (1870 р.) відноситься присвоєння В.Б.Антоновичу ступеня магістра російської історії за дослідження, опубліковане у 2-му томі третьої час­тини АЮЗР (1868 р.) під назвою «Последние времена казачества на правой стороне Днепра» (197 с.) Українською мовою ця передмова до тому була надрукована у 18-му томі «Руської історичної бібліотеки» у Львові в 1890чр. під назвою «Останні часи козаччини на Правобережжі»18.
Рубіж 60 - 70-х років XIX ст. для Київського університету був дуже напруженим, особливо критичним було становище з кадрами вищої гуманітарної кваліфікації. Як згадував у 1909 р. згодом академік Володимир Щербина (1850 - 1936) на сторінках органу Історичного товариства Нестора-Літописця, «это было тяжелое время в жизни университета вообще и его историко-филологического факультета в особенности. Самые выдающиеся профессора шестидесятых годов (В.И.Шульгин, П.В.Павлов) оставил университет и не были заменены новыми; многие кафедры пустовали: возбуждался даже вопрос о закрытии историко-филологического факультета, вот в это именно время кафедру русской истории занял новый профессор - Владимир Бонифатьевич Антонович»19.
Про те, як відбувалось обрання на посаду у Київському університеті Володимира Антоновича, свідчить офіційний звіт про засідання Ради університету 20 березня 1870 р. у періодичному виданні університету «Университетские известия», яке взагалі було дуже інформативним історичним та історіографічним джерелом, зокрема стосовно дидактичної і наукової діяльності В.Б.Антоновича та його учнів, що він їх підтримував. На сторінках «Университетских известий» вміщувались наукові публікації студентів, якими керував В.Б.Антонович, виступи, відгуки, рецензії В.Б.Антоновича, звіти із засідань Рад університету та історико-філологічного факультету, їх ухвали.
За дорученням історико-філологічного факультету (деканом тоді був славіст професор Олександр Іванович Селін)20 на Раді університету доктор російської історії, тоді ще доцент Володимир Степанович Іконников (1841 - 1923) дав розгорнуту характеристику Володимиру Антоновичу як кваліфікованому й досвідченому вченому. Іконников підкреслив високий рівень праць Антоновича, що. власне, базувалися на автентичній джерельній базі та ґрунтовну архівознавчу та археографічну творчість вченого, вказавши, що В.Б.Антонович «…по своим специальным занятиям, вполне удовлетворяет требования специального курса по истории Юго-Западной России (тобто України. - ред.). Занимаясь, длительное время в Киевском центральном архиве, он успел хорошо ознакомиться с его составом, издал несколько томов актов, сгруппированных по известным вопросам истории, и представил по ним ряд исследований, ясно свидетельствующим, как о знакомстве автора с непосредственным материалом, так и с литературою того или другого вопроса” (21).

Володимир Антонович. Лекції з джерелознавства. Редактор Микола Ковальський (ст.. 8-17)

Далі буде...

среда, 10 марта 2010 г.

Презентацiя з нагоди 81-i рiчницi вiд дня народження М.П. Ковальського


19 березня 2010 року об 11-00 в рамках Міжнародної виставки-презентації "Сучасні навчальні заклади-2010", що відбудеться в Києві у Київському палаці дітей та юнацтва з 17 по 19 березня (вул. І. Мазепи, 13, станція метро "Арсенальна") на стенді Всеукраїнського молодіжного журналу „Стіна” з нагоди 81-ї річниці від дня народження засновника української школи джерелознавців професора Миколи Павловича Ковальського відбудеться презентація Асоціації історичної правди ім. М.П. Ковальського і проекту по популяризації науки

вторник, 9 марта 2010 г.

Ковальський Микола Павлович - iсторик-документалiст




Вулиця Миколи Павловича Ковальського в Острозі, кафедра історії його імені в Національному університеті «Острозька академія», Асоціація історичної правди імені професора М.П. Ковальського, створена його учнями — це та невеличка вдячність професору Ковальському за понад 500 друкованих праць, заснування і становлення дніпропетровської наукової школи українського джерелознавства, неоціниму роботу над становленням Острозької академії і заснування при ній наукової школи, зв"язки Національного університету "Острозька Академія" із науковою діаспорою світу, рідкісну бібліотеку та легендарну ще за його життя наукову діяльність. Це невеличка краплина нашої вдячності, яка має продовжити роботу, розпочату нашим улюбленим Професором - розбудови справжньої історії, заснованої на джерелах, а не на політичних забаганках влади.

Бiографiя

Ковальський Микола Павлович (19 березня 1929 р. – 5 жовтня 2006 р.) – доктор історичних наук, професор, заслужений діяч науки і техніки України, академік Міжнародної Слов’янської академії наук, дійсний член Української вільної академії наук в США (2000 р.), голова Острозького осередку Українського історичного товариства, керівник Острозького відділення Інституту археографії і джерелознавства ім. М. С. Грушевського НАН України. Нагороджений знаком "Відмінник освіти України" (1999 р.), відзнакою Президента України, медаллю "Захиснику Вітчизни". Народився в Острозі в учительській сім’ї. У 1946 р. закінчив із золотою медаллю місцеву середню школу, а в 1947 р. – з відзнакою педагогічне училище. З 1947 по 1952 рр. навчався на історичному факультеті Львівського університету, в 1953–1956 рр. – в аспірантурі Львівського університету, в якому 1958 р. захистив кандидатську дисертацію на тему "Связи западноукраинских земель с Русским государством (вторая половина XVI–XVII в.)”. Із 1959 по 1963 рр. працював в Українському державному музеї етнографії та художнього промислу АН УРСР у Львові. Переїхав до Кривого Рогу 1963 р., де був обраний доцентом Криворізького загальнонаукового факультету Дніпропетровського держуніверситету, працював там до 1967 р. Із того часу і до 1994 р. життя і творчість М. П. Ковальського були пов’язані з Дніпропетровським державним університетом, де з 1977 по 1994 р. він очолював кафедру історіографії та джерелознавства, яка під його керівництвом перетворилася на провідний осередок розвитку цих галузей. Створив власну наукову школу, виховав більше двох десятків кандидатів і докторів наук. 1984 р. у Московському університеті відбувся захист його докторської дисертації "Источники по истории Украины XVI–XVII вв.”. У 1994 р. повернувся до Острога. Став одним із засновників Національного університету "Острозька Академія”, проректором з наукової роботи Академії, почесним громадянином міста Острога.
Джерелознавчі, архівознавчі та археографічні студії М. П. Ковальського були присвячені насамперед періоду XVI – першої половини XVII ст. Вони відкривали і ще не для одного покоління істориків відкриватимуть двері у світ ранньомодерної історії України. Яскравою особливістю цих досліджень та педагогічних зусиль Миколи Павловича стала глибока й постійна увага до теорії, історії та методології джерелознавства, археографії та архівознавства, тобто до кола тих проблем, розроблення яких і до сьогодні лишається вкрай недостатнім, а нерідко – навіть неусвідомленим.
Микола Павлович Ковальський назавжди залишиться одним з найвагоміших орієнтирів в історичній науці України і Вчителем для тих, для кого наука та вища освіта є не лише папірцем чи місцем роботи, а сенсом життя та життєвою місією.